Новое
На Зефире прошла небольшая реорганизация. Подробности читайте в теме Вестника

● Смена дизайна! Выражаем благодарность tørst vinden!

Зефир

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Зефир » Реальная жизнь » Дом Забвения


Дом Забвения

Сообщений 121 страница 128 из 128

121

Заявка #3

Имя персонажа: Ричи, имя при большом желании можно сменить. Фамилия на Ваш выбор.
Возраст: 21-23 года.
Статус: раб Медико.

Томас Хэйес
http://s8.uploads.ru/RVz92.jpg

Биография
Молодой мужчина из семьи среднего достатка, возможно даже ниже среднего, но без всяческий семейных драм. Просто обычная полная семья.
Учеба, подработка, какие-то свои планы на жизнь.
Вредных привычек типа наркоты, воровства, задирания слабых и прочего – нет. Перед нами обычный серьезный молодой человек.

Когда Вы познакомились с Ноа, то временно работали в конюшне, которую Фрост изредка посещал. Некоторое время Вы там еще проработали, а потом исчезли.
Что случилось? Тут расписывать не буду, мы обговорим это в ЛС и возможно отыграем флешбеком.

Важно! Меж персонажами нет никаких романтических отношений (и не будет), но и жертвой психологического/физического давления Вы не были.

Как попали в Дом рабом? Расписывать не буду здесь по причине нежелания раскрытия сюжетной линии для людей, с которыми играю сейчас.
Так что если Вы вдруг найдетесь, все будем обговаривать в личке.

Также необходимо знать, что после того, как Вы попали в Дом рабом – Вас никто вытащить из борделя не сможет. То есть персонаж-то может на многое надеяться, но игрок должен понимать, что чуда не случится. Говорю об этом сразу, чтобы потом не было ненужных разочарований.

Дополнительная информация
+ Ориентация: на Ваш выбор;
+ Внешка данного актера - не принципиальна, но это должен быть молодой мужчина без ярко выраженной мускулатуры (выделяющиеся кубики пресса? Нет), но и не худой (выпирающие позвонки и ребра мне тоже не нужны). Обязательно у персонажа должны быть темные волосы и карие глаза.
Никакого даже намека на эротику у нас не будет, но мне чисто визуально главное на это смотреть;
+ Персонаж ищется на продолжение моей игры, а именно на будущее. Если случится чудо и желающий на эту роль найдется вот-прям-щас, то я ограничу его в игровом плане. То есть, мы будем играть флешбек, Вы сможете спокойно посещать флуд, но открывать иные игры с другими людьми – Вы пока не сможете, пока я не дам отмашку;
+ Игрок ищется активный. Отыгрыш раз в неделю – меня не устроит.

Связь
ЛС.

0

122

http://c.radikal.ru/c31/1902/f4/102a3216174d.gif

0

123

http://funkyimg.com/i/2RM66.png

0

124

http://funkyimg.com/i/2RM65.png

0

125

***

Лукаш с надеждой в сердце умолял бога освободить его от оков. Его голос давно сорвался от громких воплей, он сипел и едва мог внятно выговорить слова, но знал - они прорвутся через музыку, будут услышаны и понятны, ведь бог читает в самом сердце человека. А его сердце до краёв наполняла безумная надежда на освобождение.
- Прошу, освободи меня! - повторил он намного громче, когда песня кончилась и на миг воцарилась тишина. Голос разнёсся по пустому подвалу, отразившись эхом от стен.
- Мой бедный Лукаш... - донёсся до него негромкий ответ.

И удар обрушился на правую руку. Лукаша мотнуло вперед, и он не упал лишь потому, что запястье левой руки всё еще было крепко стиснуто наручником. Но его правая рука оказалась теперь свободной. Он взглянул на неё и задохнулся от увиденного - руки не было от локтя и до кисти, она осталась болтаться в стальном кольце оков. Короткий обрубок насмешливо торчал из плеча, из него непрерывно хлестала кровь, и Лукаш поводил им во все стороны, с трудом осознавая случившееся.
У него больше не было правой руки! Едва он это понял, как тело выгнуло дугой от новой боли, гораздо сильней, чем всё, что он испытывал сегодня. Боль раздробила кости и порвала в клочья плоть. Сознание сжалось до крохотной точки, картинка перед глазами распалась на множество осколков, и в этих осколках Лукаш увидел себя. Он видел всю свою жизнь, от детства и до последних минут, проведенных в подвале. Вся прошлая жизнь стремительно крутилась перед его глазами, осколок за осколком вспыхивали в мозгу яркими воспоминаниями, вплоть до мельчайших звуков и запахов - и тут же осколки чернели. Воспоминая вспыхивали и гасли навсегда. Лукаш успел увидеть своё детство, день за днём, затем свою юность, ссору с матерью, первое убийство, встречу с Фростом и замученных насмерть влюблённых. Пять лет прошли перед его глазами за сотую долю секунды. Потом появился Дом, Вамффре, Марк, Бонетти, Фрост, подвал и он, Ежи Лукаш, крепко прикованный к потолочным цепям. И на те несколько секунд, что ему оставалось жить, Лукаш понял - дьявол вновь его обманул! Освобожденный от оков, он не мог убить Фроста - у него не было руки!
- А! - коротко выдохнул Лукаш. Бок обожгло пламенем, лёгкие сгорели в огне, и он больше не мог сделать ни одного вдоха. Он и кричать больше не мог, адский огонь выжег его гортань. Рот наполнился кровью, и крови оказалось так много, что она выплеснулась наружу через плотно сжатые зубы и потекла по подбородку. Кровь стремилась покинуть тело Лукаша, будто знала, что ей не осталось там места.
Он без единого крика встретил третий удар топора. Агонизирующее тело не почувствовало новой боли, нервы вышли из строя, лишенный крови мозг быстро умирал, и тело всё меньше и меньше подчинялось ему. Последнее, что увидел Лукаш, когда с трудом поднял голову и посмотрел на подвальную дверь - как она распахнулась и что-то чёрное вползло в помещение, ринулось к нему, обняло и мгновенно погрузило подвал во тьму.


Ежи Лукаш.

0

126

Заявка #3

Имя персонажа: На Ваш выбор. Прозвище - Зверь.
Возраст: 42-45 лет.
Статус: клиент Дома Забвения, бывший начальник СБ семьи Фрост.

Чарльз Межер
http://sd.uploads.ru/9okr7.jpg

Биография
Зрелый мужчина, без каких-либо психологических отклонений, стрессоустойчивый, можно даже сказать - непробиваемый.

Служил, возможно был полицейским. Ушел с занимаемой должности по собственному желанию.

В далеком прошлом персонажа свела судьба с отцом Ноа. Что произошло и как так получилось, что Вас взяли сначала в личные телохранители, а затем повысили до начальника СБ - история умалчивает. Но, если очень нужно будет для био - обговорим, когда Вы появитесь.

Собственно после того, как погибли родители Ноа - Вы остались при той же должности. Вы видели во что превращается подросток, Вы были свидетелем почти всех кошмаров.
Почему не сдали полиции? Обговорим отдельно.

Важно! Ноа любит прогибать под себя взрослых мужчин, уничтожая и переделывая их личность. Вы не прогнетесь.
Меж персонажами не будет никакой романтики и прочих розовых соплей.
Есть босс, есть подчиненный, которого рядом с кошмарным мальчиком держит что-то большее, чем хорошо оплачиваемые услуги.
Однако, Ваш персонаж не садист, не маньяк и все такое прочее. Вам не доставляет удовольствия развлечения Фроста, Вы просто относитесь к этому безучастно, как к работе, где раз нужно что-то делать, то это делается без излишнего заламывания рук, закатывания глаз и осуждающих взглядов.

Год назад Ноа отправил Вашего персонажа на «пенсию», заявив, что в его услугах больше не нуждаются. Это не помешало мужчине приглядывать за Фростом.

В определенный момент персонажа призовут в Дом Забвения, замаскировав под клиента.

Дополнительная информация
+ Ориентация: на Ваш выбор;
+ Внешка данного актера - обязательна. Другую не рассматриваю вообще;
+ Фроста на данный момент нет в борделе, поэтому пока что могу предложить флешбек или игру от другого непися, с которым Ваш персонаж будет знаком.
В игровом плане я Вас не ограничиваю, если возникнет острое желание поиграть с кем-то еще в борделе - флаг в руки;
+ Игрок ищется активный. Долгие зависания меня не устроят.

Связь
ЛС.

0

127

https://funkyimg.com/i/2RM64.png

0

128

***

От обещания легче не стало. И умирать по-прежнему не хотелось. Смерть виделась Бонетти не как самоцель, хотя он догадывался, что скоро он начнет о ней мечтать и умолять, захлебываясь кровью, но как некий неизбежный пункт в планах на жизнь. Планы срочно пришлось корректировать и внести этот пункт намного раньше, чем было запланировано. Не хотелось. Но надо принять. Как он принимал многие решения в своей жизни и далеко не все они были радужными.
Слезы душили, не давая дышать. Закрыв глаза, Стефано беззвучно молился едва шевеля искусанными, покрытыми коркой губами и отправлял в мироздание отчаянный вопль для Дэнни: "Прости. За то, что так ничего и не сказал. За то, что не попрощался. За то, что ты наверняка даже не узнаешь, что и как произошло. Люблю тебя..."
Дотянуться до тонкого выгнутого куска стекла было несложно. Сложнее было сознательно удержать его в губах и сжать зубами, чтобы успеть удивиться, как на деле непросто раскрошить казалось бы тонкую хрупкую пластину, норовившую соскользнуть, прежде чем она, оглушительно хрустнув, не распалась на десяток острых игл, взорвавшихся на языке хором тонкой, пронзающей боли. Болезненный спазм вместе с охватившим ужасом и наполнившей рот кровью сдавили желудок и горло ледяной хваткой и Бонетти закашлялся, забрызгав кровавыми каплями усеянный осколками пол. Задыхаясь и в панике боясь вдохнуть осколок, моментально позабыв, что десять секунд назад твердо намеревался умереть, он не заметил, как клиент оказался у двери и велел охранникам срочно тащить отчаявшегося медико в лазарет. Из подхвативших его рук Стефано вырывался, извиваясь и уделав униформу выразительными кровавыми кляксами, захлебывался кровью, не смея проглотить и чувствуя, как кусает нёбо застрявший где-то стеклянный клык.
До боли знакомый маршрут лифт-каталка-переходная галерея и лазарет пролетел перед невидящими распахнутыми глазами, как сон. Стефано не понимал, когда и почему темнота подвальной камеры сменилась на режущий свет хирургического кабинета, почему вместо равнодушного палача над ним склонились врачи, в каком момент с поражающей четкостью и аккуратностью челюсть оказалась зафиксирована распоркой и злосчастные осколки с прощальными укусами принялись покидать изрезанные язык и десна. Обрывки комментариев о том, что порезы поверхностные и опасности нет, проскальзывали по краю воспаленного сознания, в то время как он с очередной раз едва не захлебнулся, на сей раз смесью крови и пеной от залитого в рот антисептика.
- Зачем... - обреченно выдохнул, отплевываясь от шиплющей горечи, едва обрел возможность говорить вновь, пусть и отвратительно невнятно, шепелявля и глотая буквы, как недоразвитый. - Он же обещал убить... Не заставляйте меня снова... я не смогу... Только не снова... - холодное состояние запланированной обреченности начало покидать и Бонетти забился в судороге от сжавшего сердце ужаса, понимая, что он обречен на новые часы и дни неизвестности со своим уродством и более чем вероятным повторением встречи с равнодушным дознавателем, который наверняка завершит начатое. Где-то на периферии сознания робко мелькнуло недоумение, зачем тогда было сейчас спасать его, а не оставить наедине с собой глотать собственную кровь и медленно умирать, но вырвавшийся из темноты и затягивавшего болота безысходности разум уже напрочь отказывался соображать, хватаясь за внезапный бонус в виде оставленной жизни. Какой бы ни было, жизни...
- Коли седативное. И ради бога, уберите уже с него этот треш, - сзади в шею ужалила игла, но беснующийся в смирительной рубашке Стефано едва заметил укол на фоне общей боли. К его лицо потянулись руки и он с ужасом взвыл, отказываясь подпускать их к себе. Они не исправят, там уже ничего не исправить, он свихнется от боли, если они прикоснутся к нему...
Истерику мягкой усталой волной вынесло из измученного тела и Бонетти, наконец, снова усадили, удерживая на месте. До него долетали обрывки разговора, что надо было сначала смыть кровь, а то хрен разберешь, где настоящие раны, а где нет, что лучше держать наготове еще успокоительное и на всякий случай обезболивающее, окрики "Да держи ты ему голову, а то и правда лишнего сниму!" и  "Театралы хреновы..." Мимо в ужасе распахнутых глаз Стефано багрово-коричневыми пятнами проплывали ошметки кожи и обрывки перепачканных и склеенных кровью волос. Онемевшая часть лица казалась по-прежнему нечувствительной подушкой, а пульсирующую болью отчетливо противно тянуло отрываемой пленкой. Он затаил дыхание, совершенно не понимая, что происходит, дернулся, ударившись затылком о подголовник медицинского кресла, когда размыто маячившие разбитые хрящи на переносице внезапно отлепились с мерзким чавканьем и дышать сразу стало легче.
- Все, остальное смоете в душе. У него на голове рана, Антонио, обработай и если надо будет зашивать, постарайся не сбривать сильно, - очумевшего Бонетти сдернули с кресла и рывком развязали рукава рубашки, мокрой на плече от крови. - Еще и плечо, - констатировал деловитый голос врача уже за спиной плохо соображающего Медико.

Лежа в освещенной мягким светом палате Стефано упрямо смотрел в одну точку перед собой и то и дело прикасался к своему лицу, снова и снова убеждаясь, что жуткой маски, которую он видел на себе в подвале, больше нет. Еще в душевой, едва получил свободу, он чуть не исцарапал себе щеки, сдирая ошметки уродливого грима, и истерически хохотал, забившись в угол кабины и лично исследуя каждый дюйм кожи. Новый укол и угроза снова упаковать его в смирительную рубашку немного утихомирила, но выключать в палате свет Стефано категорически запретил, продемонстрировав громогласным матерным воплем свой протест против возвращения в темноту. Глаза закрывать итальянец тоже не торопился, зная, что как только он потеряет ориентир в виде точки на стене, так перед ним снова появится зеркальный коридор, подсвеченный огромными свечами, а по измученному мозгу снова резанет равнодушный голос.
- А ты все равно ошибся, сука, - на растянувшихся в улыбке изрезанных губах выступила бисеринка крови. Бонетти в тысячный раз провел пальцами по лбу и щеке и обхватил себя руками, обнимая. - Ошибся...


Стефано Бонетти.

0


Вы здесь » Зефир » Реальная жизнь » Дом Забвения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC